banner

Короткий рассказ о длинной жизни

14 Октября’14
1353
Короткий рассказ о длинной жизниДва года назад ушел из жизни удивительный человек, встреча с которым стала для меня большим событием. Иосиф Евсеевич Грайфер, бывший узник Минского гетто, олицетворял целую эпоху военного лихолетья. Пережитая трагедия сподвигла его на шаг навстречу прошлому, в котором Иосиф Грайфер увидел много окружавших его ранее лиц. Во время наших встреч в его рассказах не оставалось места для переживаний, повествование приостанавливалось только на самом главном. Это было так присуще этому интеллигентному и лаконичному человеку: в нем угадывалась жажда жизни, но не было осмысления ее радостей.
Незадолго до смерти, в 2012 году, небольшим тиражом на русском и немецком языках была издана книга воспоминаний Иосифа Грайфера «Короткий рассказ о длинной жизни: свидетельства трагедии и борьбы в Минском гетто», экземпляры которой представлены в музеях памяти жертв фашизма Беларуси и Германии. В издании книги (2012 г.) непосредственно участвовал руководитель Исторической мастерской, доцент исторического факультета БГУ Кузьма Козак.
Видя, как много в наличии литературных текстов по истории Холокоста, Иосиф Грайфер стремился как можно точнее воспроизвести увиденное и пережитое. Его импульсивный рассказ высвечивает палача и жертву, призывает нас к живой памяти трагического прошлого, напоминает о тех, кто не смог пережить Холокост.

Воспоминания о довоенной жизни
Родился Иосиф Евсеевич 12 июля 1926 года в Минске. Его мать работала медсестрой в больнице. Когда Иосифу исполнилось 6 лет, отец защитил диплом и стал главным энергетиком университетского городка. Дом Грайферов находился в Столпецком переулке между улицами Обувной и Республиканской. Тогда там жили разные люди: интеллигенция, рабочие, бывшие заключенные. Последние верховодили, они научили детвору драться и стоять за себя. К началу войны Иосиф стал опытным электромонтером, занимался в авиамодельном и стрелковом кружках. 

Начало войны
Когда началась война, семья находилась на даче. В срочном порядке Грайферы вернулись в город. «Было очень больно видеть, как фашистами уничтожался родной Минск, – вспоминал Иосиф Евсеевич. – Небо почернело от немецких самолетов. Иногда взлетал наш истребитель, его тут же сбивали. Решили, не заходя домой, бежать из города. Пошли по Старомогилевскому тракту в сторону Могилева. По пути было много беженцев. Периодически налетали немецкие самолеты и расстреливали людей. Казалось, они гонялись за каждым человеком. Вдоль дороги лежали застывшие трупы мужчин, женщин, детей... Прошли Смиловичи и двинулись дальше. Все повторялось. Налеты, трупы, нападение десантников. Видно было, что Гитлер взял курс на массовое уничтожение мирного населения... Немецкие десантники были переодеты в форму красноармейцев и красных командиров. Это был обманный маневр противника. Люди, увидев таких солдат, не разбегались. Их собирали вместе: местных, беженцев – и расстреливали. Трупы оставались на дороге...» Наконец беженцы дошли до Днепра. Но переправиться через реку оказалось невозможным. Семье пришлось вернуться в Минск. 
В оккупированной столице улицы заполонили мужчины в черных шинелях с белыми повязками – полицейские. Вышел приказ коменданта Белоруссии (от 24 ноября 1941 г.) о массовом уничтожении евреев или передаче их в гетто.

«Фабрика смерти»
Дом Грайферов оказался на территории гетто. Через ворота, которые охраняли предатели – белорусские полицейские, без надежды остаться в живых семьи еврейских беженцев вошли в гетто, огороженное двумя рядами колючей проволоки. Была очень большая скученность людей, которых собрали со всего города. Стали жить без мебели и кроватей в разграбленных домах. Спали на полу. Отопления не было, очень быстро разобрали все сараи и заборы. Все, кто ходил на работу, возвращаясь, приносили доски, поленья, куски угля. Голодали. Все время хотелось есть. В районе Юбилейной площади находился еврейский комитет Юденрат. Утром надо было туда явиться и получить пропуск на работу. Колонны узников гетто направлялись на уборку улиц, переноску тяжестей, другую черную работу. Работникам выдавали по 100 граммов хлеба с примесью свеклы, картошки... Отца Иосифа направили на подсобные работы в воинскую часть. Там немцы выбрасывали на помойку пищевые отходы. Отец приносил домой кости и картофельные очистки. Их тщательно промывали, прокручивали на мясорубке, жарили или варили суп.
Люди часто болели и умирали. Это было на руку фашистам. Кроме того, убивали узников и патрулировавшие гетто полицейские. С целью уничтожения евреев организовывались многочисленные погромы, вплоть до 1944 года. Оцеплялся определенный участок, и всех, кто в него попадал, уничтожали. Постепенно территория гетто сокращалась. «Фабрика смерти» работала постоянно. Фашисты планово убивали людей.
Короткий рассказ о длинной жизниВ 1942-м «фабрика смерти» была «усовершенствована»: узников водили колоннами и загружали в газовые машины. Когда машины трогались с места, газ поступал в закрытый кузов, и по дороге люди погибали. Потом трупы отвозили в Тростенец.
Особенно запомнился Иосифу Евсеевичу эпизод, когда во время очередного погрома женщины и дети пытались скрыться от немцев в «малине» – вырытом в земле убежище. У одной из женщин был грудной ребенок. Мать этой женщины с ребенком на руках осталась наверху и на лаз поставила помойное ведро. Она решила принять смерть ради спасения остальных. Больше эту женщину никто не видел.
«Трудно описать, что такое гетто, – говорил Иосиф Евсеевич. – Холод, голод, всевозможные издевательства. Ведь евреи – это не люди. Ко всему этому с трудом, но можно привыкнуть, но к смерти и убийствам привыкнуть невозможно...» Большую помощь жителям гетто оказывали их друзья и знакомые. Они, рискуя жизнью, перелезали через ограждения лагеря и проносили еду и одежду. Дружба была крепче фашизма.

Весна – осень 1944-го
В мае уцелевшим жителям гетто объявили, что переселяют их на бывший радиозавод, где размещалась немецкая часть. Во второй половине июня началось наступление советских войск. Немцы стали готовиться к эвакуации. Евреев погрузили на машины и отвезли на станцию Масюковщина. После разгрузки стали загонять в вагон с эсэсовцами. В это время налетели советские бомбардировщики-кукурузники и начали бомбить станцию и эшелоны. Поднялась паника, Иосиф вместе с другими товарищами убежал из эшелона в поле и залег в высокой траве. Остальных евреев фашисты угнали в Германию и сдали в концлагеря. По прибытии в освобожденный Минск Иосиф направился в военкомат. 10 июля он оформился на работу электромонтером.

Другая жизнь
В 1945-м Иосиф Грайфер поступил в институт. После его окончания стал инженером-электриком. В 1946 г. женился. В любви и согласии прожили с Ниной 65 лет. Вырастили двоих сыновей, четверо внуков, правнука.
В течение жизни Иосиф Евсеевич много учился и работал. Был известным специалистом, занимал руководящие должности. После смерти жены перенес частичный паралич, заново учился жить. 
«Я могу смело сказать, что выполнил свою миссию на этой земле, – говорил Иосиф Евсеевич. – Приобрел много друзей, но в голове и сердце живут старые друзья, которых уже нет... Следует добавить. После войны я видел, как пострадал немецкий народ. Много вдов, очень много сирот...»
Екатерина ДУДКО.
Фото из семейного архива.
Фото из архива Исторической мастерской БГУ.
На снимках: Иосиф Грайфер. Минск. 2012 г.; Территория Минского гетто. 1941–1943 гг.


Предыдущая статья

Пусть мама меня непременно найдет