banner
«Я обязан был воевать»
11:45 05 Ноября’20
400
степан.jpgКогда фашистская Германия напала на Советский Союз, Степану не было и 16 лет. Вряд ли кто из близких мог предположить, что этот щуплый подросток года через два встанет в ряды тех солдат, которые завершат войну победой. Таких, как он, насчитывалось тогда сотни тысяч. Они были самыми младшими в семье фронтовиков, но их судьба от этого не стала легче.

О Степане Макаровиче Жилевском «Свіслацкая газета» писала не раз, не забывала поздравить с юбилеем и рассказать о его боевом пути. Я тоже не могла отказать себе в удовольствии пообщаться вживую с человеком, который о войне знает не понаслышке. В основном приходилось беседовать уже со взрослыми детьми тех, кто отстоял мир на нашей земле. Это чаще всего, а реже – с женами солдат Победы. Были ветераны, жили, ушли, а тут такая редкая удача – жив и здоров фронтовик.
Ветерану войны ни много ни мало, а от 24 августа 2020-го пошел 96-й год. Живет спокойно, наслаждаясь тишиной и миром, той приятной заботой, которой окружили дети, внуки, а правнуки только и делают, что доставляют ему огромную радость. Жизнь идет своим чередом. Но человеческая память способна отмотать «пленку» воспоминаний назад, и нахлынут они, словно свежий весенний дождь.

Подросток рос любознательным, легко окончил семь классов польской школы. Сообразительного, толкового паренька хотели направить учиться в партшколу, но крестьянский уклад жизни не способствовал тому, чтобы дети уезжали из дома в поисках новой жизни. Хозяйство большое – работать надо, помогать. Дети с малых лет понимали, «всему начало плуг и борозда, поскольку борозда под вешним небом имеет свойство обернуться хлебом». Но все же успел еще выучиться и на сапожника. Чем не мужское занятие?! В простой крестьянской семье помимо Степана младшие брат и сестра росли. Мирно жили, много работали, никто не жаловался на трудности. Конечно, жизнь такую легкой нельзя назвать, но все же она оказалась лучше той, когда нога врага ступила на нашу землю. В самый первый день танки оккупантов прогрохотали по брусчатке деревни Новоселки, пришли в Хилимоновцы и Великое Село. Немецкая техника, непонятная речь, военная форма с закатанными рукавами и автоматы на шее у солдат – все чужое, неприятное и ненавистное. Одним словом, война. Потянулись дни, наполненные страхом быть расстрелянными, повешенными или сожженными. Что в голове оккупантов – никто не знал. Да и полицаи помогали врагу, старались всячески выслужиться перед ними. Страх за жизнь свою и жизнь родных был не напрасен. В один из таких дней и нагрянули каратели за отцом Степана. Мальчик быстро сообразил – надо убегать. Как стоял босиком, так и удрал. Отца за связь с партизанами расстреляли. И тогда старший сын твердо решил, что поквитается с врагом за смерть отца.

В городе Городец Горьковской области, куда был направлен от военкомата, дислоцировался 20-й учебный автомобильный полк. Там-то и постигал азы шоферской науки Степан Жилевский. Теперь он водитель, а до войны в глаза не видел машин. Скажи ему тогда, что где-то есть такое чудо, так он пешком готов был пройти не один десяток километров и самому убедиться в этом. До войны машин ни в Хилимоновцах, где он родился, ни в соседних деревнях не было.

Степан Жилевский воевал на 1-м Белорусском. Рядовой, водитель «Катюши» – легендарной реактивной установки, способной наводить на врага панический ужас, смертельный страх. Немецким солдатам казалось тогда, что на месте падения снарядов земля плавилась, настолько был мощным залповый огонь. Солдат такого грозного оружия понимал, что он не просто крутит баранку, объезжая мины, ухабы, колдобины на дорогах войны. От его водительской сноровки во многом зависела жизнь экипажа (расчета) и целостность установки. «Катюшу» берег пуще зеницы ока, не потому, что подписывал бумаги о не разглашении секретного оружия и о его сохранности, а потому, чтобы врагу не досталось оно. Нельзя было допустить и мысли, чтобы наше, советское, оказалось в руках у немцев. Бойцы уже тогда знали, что это особое оружие – оружие Победы. Сам солдат Жилевский боялся только самолетов неприятеля – грозы пехотинцев и артиллерии. Бить фрицев не боялся –
обязан был воевать. Кто же отомстит за отца, если не он! Был контужен, некоторое время находился в госпитале, но надолго там не задержался. На время лечения место у руля занимал командир расчета, то есть был и командиром, и водителем одновременно.

Погнала советская армия неприятеля со своей земли. Погнала уверенно, освобождая Европу от немецких поработителей. О долгожданной победе солдат узнал, находясь в предместье Германии. Победная весна оглушила давно забытой тишиной. Где-то по-прежнему продолжались бои, но это уже были бои местного значения. Дослуживал Степан Жилевский в Польше. Работал на аккумуляторном заводе. На обычной грузовой машине возил лес, продукты, технику, доставлял пленных немцев к месту работы. Они оказались обычными людьми. Многие из них не поддерживали Гитлера, но их заставили воевать. Потом перевели Степана в город Брест, в качестве личного водителя генерала. И только в 1947 году он демобилизовался.

Начались мирные будни. Из войны страна выходила долго и тяжело. Заново строились заводы, фабрики, поднимались из руин города, деревни. Везде нужны рабочие руки. Степан Макарович пошел на спиртзавод, что в Вердомичах. Потом перешел в совхоз, поближе к дому, так и проработал до 70-ти лет.

Водительский стаж большой, ровно полвека крутил он баранку. Много разных дорог исколесил, многое увидел и узнал, многому пришлось удивиться, о многом задуматься. Но одно знает точно: лучше свободной и мирной жизни нет ничего дороже на всем белом свете.

За свой добросовестный труд Степан Макарович не раз был отмечен. Не забыла Родина и ратный подвиг воина, юбилейные награды всегда находили героя. Дети и внуки ветерана гордятся орденом Отечественной войны II степени и медалью «За победу над Германией». И мы, современники фронтовика, помним, уважаем и благодарим его за подаренное нам счастье жить под мирным небом в свободной стране.

Валентина ХАМЧУК

    Предыдущая статья

    Нацбанк в 2021 году выпустит в обращение 16 наименований памятных монет